Всем по привету! Время для продолжения нашей истории, но сначала пару слов про интерактивы, думаю что давненько у нас не было кроссвордов, пора бы это исправить!Коротко и по делу:
Всего их будет 3 штуки, награда за каждый по 150 золота, вопросы будут по любой из глав, начиная с 10 и до текущей!
1 человек может получить награду максимум за 2 кроссворда, публикация будет по 1 в пт сб и вс в течении дня!
Редактируемые сообщение приниматься не будут, так же не забываем писать сразу в сообщении ваш ник и сервер!
Ну и рандомные 50 золота для всех желающих, из условий поставить любую реакцию под этим постом!
Всем приятного ознакомления с главой!
Все слова и фразы, которые помечены *, имеют полное описание в закрепленной теме в разделе выбора глав!
Острые когти Хумэй прорезали, словно тофу, доспехи Чжан Дунбая, которые не оказали её удару никакого сопротивления. Можно представить, какую силу она вложила в эту яростную атаку.
Из груди Чжан Дунбая хлынула кровь. Он открыл глаза, взгляд его был похож на то, как старший брат смотрит на нашкодившую младшую сестру, покачал головой, а потом обессилев рухнул на землю.
Когда Чжан Дунбай снова пришел в себя, он увидел Хумэй, которая вернула себе человеческий облик, она размахивала посохом, а самого Дунбая накрывало белое сияние. Она плакала, практически как человек, и неустанно извинялась: «Прости, прости, я правда не специально тебя ранила!»
Чжан Дунбай открыл рот — он хотел что-то сказать, но вдруг почувствовал себя странно: этот белый свет казался ему знакомым, как будто он уже где-то его видел. Чжан Дунбай скривился от боли в ране, как вдруг он понял — маленькая лягушка! Каждый раз когда он доводил лягушку до полусмерти, появлялся этот белый свет! Теперь он понял причину. Оторопев, Чжан Дунбай взревел: «Ты лечишь меня техникой лечения животных?!»
Когда Дунбай открыл глаза, Хумэй была очень рада, но его яростный рёв, заставил ее лицо стать мрачнее тучи: «Я (она использует архаичное я, которое применяется при разговоре госпожи со слугами или благородной дамы с простолюдинами) знаю только такую исцеляющую магию, не хочешь так лечиться — не надо! Хах!» Она прекратила заклинание и рукавом вытерла слёзы. Я тут за него волновалась, а он еще и нарывается! Вот как поймала тебя, надо было сразу прирезать и оставить в таком состоянии, в каком ты был минут 5 назад!»
Чжан Дунбай посмотрел на свою рану: рана на его груди была тщательно перевязана, рядом с ним лежал его мешочек инь-ян, а рядом были хаотично разбросаны медицинские принадлежности вперемежку с остальным барахлом. Было ясно, что кто-то в спешке старался его спасти и просто повытаскивал из мешочка все, что попалось под руку. Дунбай был даже тронут, несмотря на жгучую боль он проговорил: «Так или иначе я старше тебя, а ты меня так жестоко отделала.»
Хумэй была в недоумении, на глаза у нее снова проступили слёзы. Чжан Дунбай с горьким смехом оценил свое состояние с помощью собственной энергии ци. Конечно, эта техника лечения животных не могла оказать на него серьезного лечебного эффекта, но так или иначе немного помогла заживить рану. Со вздохом он поднялся, пошатываясь: «А ты не могла бы быть немного помягче? Посмотри вот на людей, разве наши девушки пытаются убить любого, кто их чем-то рассердил?»
Лицо Хумэй залилось красной краской: она еще никогда не покидала пределов страны Яо — откуда ей было знать, как ведут себя люди. Она-то и привязалась к Чжан Дунбаю как раз потому, что он показался ей кем-то новым, кто может рассказать ей много интересных историй, которых она не знает.Чжан Дунбай чувствовал себя неловко, он почесал затылок: «Ладно, слушай, а как тебя зовут-то? Я…я не помню…» Хумэй снова помрачнела — этот бесячий человек и правда нарывается! Все это время он даже не помнил, как ее зовут! Его и правда расстрелять — и то мало будет! Среди Яо всегда изворотливая Хумэй всех задирала, а такого, чтобы кто-то смог ее заставить скрежетать зубами от злости, ещё не было. А сейчас она встретила этого противного человечишку, практически олицетворение всего самого бесячего. Она всегда могла предугадать ход мыслей любого, кто хоть в чем-то мыслил стандартно, и только мысли Дунбая она никак не могла осознать. Она никак не ожидала, что он настолько выведет ее из себя.
Увидев, что Хумэй снова расстроилась, Дунбай испугался. С горечью он сказал: «Эти два дня ты все время пытаешься меня убить, а мне еще и запоминать надо, как тебя зовут? Ты только что меня чуть на куски не разорвала. Если мало, то давай — продолжай.»
Хумэй уже чуть ли не задыхалась от гнева, но, подавив в себе приступ ярости, она сказала: «Не хочешь стереть иероглифы с лица?»
Хочу! Хочу! — Чжан Дунбай не уловил ничего странного в этом предложении и с наглой улыбкой на лице поспешил ответить.
Хумэй сощурила свои глаза и радостно ухмыльнулась: «С этого момента ты должен смотреть на Солнце и что-нибудь от всего сердца кричать. Пусть это будет моё имя. Так ты его точно запомнишь. Ах, да — меня зовут Хумэй. Ты должен будешь кричать его без остановки, пока иероглифы не пропадут. Прервешься — я за результат не ручаюсь.
Да она просто внаглую издевается над ним. Чжан Дунбай это прекрасно понимал, но как мог он тут ослушаться. Лицо — дело важное! (В китайском иероглиф «лицо» имеет значение и «честь».) Так что он тут же подал голос: «Хумэй! Хумэй!»
Громкие крики один за другим раздавались в долине Лантутен*.
Мужчины Яо обычно имели человеческое тело и звериную голову. А девушки Яо, как правило, были духами трав и деревьев, которые принимали человеческий облик. В процессе совершенствования мужчины зооморфы оттачивали не только собственные навыки, но и способность принимать облик зверя, что давало им доступ к уникальным навыкам. Основных форм трансформации 4: тигр, лев, волк и панда.(тут речь именно о полном перевоплощении в зверя, в игре у нас есть только тигр и панда)Что же до девушек Яо, их сущность — это обычно лиса, летучая мышь, кошка или олень. Так так они также владеют искусством трансформации, то помимо колдовства и рукопашного боя они также могут менять свой внешний облик. Друиды чаще всего принимают облик людских красавиц, но некоторые особенности из сущности невозможно скрыть волшебством. Поэтому если обратить внимание на особенности внешности друида, можно понять их истинную природу. Например, милые оленьи рожки на лбу Хумэй.
Долина Лантутен, в которой находились Дунбай и Хумэй была священным местом воинов племени волка — одного из самых могущественных племен зооморфов. Посреди долины гордо возвышался алтарь, хоть он и не был особо большим, но казалось, что его величие неподвластно времени.
Пока они шли, Чжан Дунбай, казалось, уже осип от постоянного крика, а Хумэй выглядела крайне довольной. Вприпрыжку она прокладывала путь. Время от времени на них нападали мелкие монстры, но все они были обращены в прах ядовитыми чарами Хумэй. Поначалу Дунбай был в ужасе: он, конечно, видел, как убивают монстров, но чтобы они в мгновение ока просто были бесследно уничтожены? Однако со временем он привык к такому пугающем способу Хумэй расправляться с монстрами.
Через несколько часов Дунбаю казалось, что его горло разрывают на части — иероглифы с его лица уже давно исчезли. В конце концов, он сорвал голос, с умоляющим видом Дунбай посмотрел на Хумэй и показал на свое горло.
Хумэй как бы невзначай бросила ему бурдюк с водой: «Ладно, хватит орать. Запомнил теперь, как меня зовут?»
Не в силах вымолвить ни слова, Чжан Дунбай энергично закивал головой. После нескольких часов задирания головы наверх, теперь каждое движение отдавалось болью. Он поспешил найти прохладное место в тени и сел, выпил воды и почувствовал, как его горло будто снова обрело жизнь.
Хумэй, держа руки за спиной, подошла к Дунбаю и села вплотную к нему, положила свою голову на его бедро и нашла удобное положение: «Раз ты меня старше, то теперь ты должен заботиться обо мне, как старший брат, обязательно меня защищать. Я уже устала от ходьбы, так что немного посплю. И да, не дергайся. Мой яд может самопроизвольно среагировать, если ты будешь ёрзать, то я не отвечаю за последствия. Некоторые яды даже я не могу нейтрализовать.»
Договорив, она засопела. Возможно, если бы Чжан Дунбай не знал о способностях Хумэй, было бы несколько проще. Но сейчас он всерьёз задумался, уж не специально ли по дороге Хумэй показывала ему, как монстры обращаются в прах.Помня о предупреждении от Хумэй, как бы Дунбай её не ругал про себя, он не смел пошевелиться, так ему оставалось лишь сохранят позу, медитировать и восстанавливать ци.
Опустив голову, он посмотрел на эту привлекательную друидку-душегубку, устроившуюся в его объятиях. Чжан Дунбай не знал, что и думать. Ему вспомнился прекрасный образ той, что осталась далеко в городе Цзяньсянь. Красота Линь Синь и Хумэй была разной.
Линь Синь – девушка из благородной семьи, её красота притягивает взгляд, холодная и изящная, но простая в общении. Находиться рядом с ней, всё равно что почувствовать весенний ветер. Каждое её слово, каждый жест были пронизаны утончённостью, подобно снежному лотосу на заснеженноё горной вершине, встретить который можно лишь раз в жизни.
Вот такая вот глава у нас получилась, похоже уже на любовный треугольник, или пока нет? надеюсь узнаем в следующей главе, а пока жду ваш фидбек в комментариях!
Над главой работали:
Редактура, адаптация текста и идея - Mortis
Перевод - 密哲瀚
Редактура, адаптация текста и идея - Mortis
Перевод - 密哲瀚
Последнее редактирование:
