Всем по привету, а вот и новая глава! Интерактив пока в стадии разработки, готовлю для вас кое-что новенькое на юбилейную главу, так что ожидайте!А пока можете прочитать главу и оставить ваш фидбек, я всё читаю!
Всем приятного ознакомления!
Глядевший на неё воин был поражён её красотой: спустя довольно продолжительное время опомнился, наспех стёр слюну с губ, подбежал к Линь Синь и протянул ей руку:
– Сестрица Линь Синь, меня зовут И Е (первый иероглиф такой же как у Ижоу, а второй – ночь), надеюсь мы с тобой подружимся…
Линь Синь окинула его беглым взглядом и сразу отвела взор в сторону. Чжан Дунбай, стоя рядом с Янь Си, уже захлёбывался от гнева: да где это такое видано – даже он, Чжан Дунбай, ни разу не держал Линь Синь за руку, а тут какой-то проходимец грабли свои к ней тянет. Чжан Дунбай уже готов был взорваться от ярости, но Янь Си его удержал. Посмотрев на Янь Си, Чжан Дунбай увидел, как тот кивнул в сторону Хумэй.
Тем временем И Е смущённо убрал руку и думал, чем заполнить неловкую тишину, как вдруг он услышал звонкий голос за спиной:– Брат (опять же, буду писать «брат» там, где используется «старший брат» и «братец» – там, где младший) И Е, это же ты только недавно предлагал мне стать твоей девушкой? – спросила она сладким голосом.
Обернувшись, И Е смущённо ответил:
– Да, ты права, это был я. А ты Хумэй? Ого, а ты ничуть не уступаешь Линь Синь!
– Так приятно познакомиться, – пропела Хумэй своим нежным голосом, – теперь мы с тобой братья по оружию, так что пообещай хорошо заботиться о своей сестрице. Обними меня… – Хумэй распахнула свои объятия.
Лицо Чжан Дунбая перекосило от злости, он уже был готов достать свои топоры Гуйсяо и порубить этого И Е на куски. Янь Си, хоть и сам был несколько ошарашен происходящим, понимал, что Хумэй не просто так всё это затеяла, поэтому изо всех сил удерживал своего разъярённого друга.
И Е, казалось, потерял голову. Долгие годы не знал он женской ласки, поэтому так внезапно свалившееся счастье поразило его. Широко раскинув руки, он промямлил: «Конечно…», но не успел он и договорить, как Хумэй заключила его в нежные объятия – со стороны казалось, будто они настоящая парочка.
– Аааа! – раздался пронзительный крик. И Е, корчась от боли, катался по земле. Хумэй и Линь Синь, стоявшие рядом с ним держали в руках свои меча Цансин и с холодной яростью в глазах смотрели на остальных.
Большинство даже среагировать не успело, все уставились на вопящего от боли И Е на земле, только Ижоу и ещё пара человек почуяли неладное сразу.
Тело И Е покрылось бурыми и зелёными пятнами – что-то бурое разъедало его тяжёлую броню: метал растворялся на глазах. Где-то эта субстанция уже добралась до кожи, при этом зелёные пятна, как зараза, расползались по телу.
– Что это за подлость такая (тут может быть два значения либо «что за ядовитая девушка», либо в переносном смысле, что она злая/подлая)! Дайте ему противоядие, сейчас же! Оборотень яо* вышел вперёд, кажется, их предводитель, и властно скомандовал.
Хумэй пригляделась, а потом убрала свой меч, подошла к нему и схватив его за ухо, выкрутила его:
– Сяо Хуэйцзы (Сяо – это форма обращения, имя Хуэйцзы можно перевести как сияние или блеск, точнее имя – это Хуэй, цзы – уменьшительный суффикс), у тебя, видать, уши зачесались, а? Или ты уже меня не признаешь (тут она выругалась ещё дословно «ты не узнал сестру дедушки по отцу» не знаю, какой это конкретно смысл выражает, но она это использует довольно часто, так что это, видимо, какое-то легкое ругательство)?
Все присутствующие остолбенели, разинув рты. Вдруг один лучник снял с плеча свой длинный лук и натянув тетиву, сказал:
– Сейчас же отпусти его или будет хуже!
Оборотень яо пригляделся к ней и тут же его лицо исказилось от ужаса. Он рухнул на колени и закричал:
– Хумэй?! Та самая Хумэй, одна из четырёх героев города Цзулун*!? Прости нас, умоляю, пощади моих братьев! Я виноват, можете казнить меня, но пощади их. – после этого он прикрикнул на лучника:
– Убери свой лук! Или хочешь, чтобы тут сейчас всех порешали?!
Отряд был в недоумении, видя, как их предводитель молит о пощаде. Ещё один оборотень яо подбежал к ним и склонился рядом с предводителем:
– Командир, может, вы ошибаетесь? Это же просто девчонка…
– Да это у тебя в голове ошибка! Уходи отсюда, это опасно!
Даже Янь Си и Чжан Дунбай были в шоке от этой сцены и ничего не понимали. Чжан Дунбай пригляделся к главе этого отряда, стоявшего на коленях, и лицо его, вдруг расползлось в улыбке:
– О, знакомые всё лица!
Ху Чуаньхуэй, тот самый, что встретился ему в загробном мире, и который так спешил переродиться. Тот самый, что провожал их с Хумэй из города Ваньхуа*, один из корпуса стражей яо. Чжан Дунбай усмехнулся, отвёл Янь Си в сторону и уселся поудобнее:
– Сестрица Мэй, продолжай, пожалуйста!
Хумэй мило улыбнулась, достала из кармана платок и вытерла руку:
– Сходи умойся, а то весь грязный. Сегодня ради сестры Ижоу я тебя прощаю. А вот он, – она указал на лежащего на земле И Е, – должен извиниться перед сестрой Линь Синь!
Ху Чуаньхуэй затараторил: «Конечно, не вопрос…»
Хумэй, не оборачиваясь, протянула руку и сделала хватательное движение. Зелёная и бурая субстанции на теле И Е, собрались воедино, поднялись в воздух и исчезли в руке Хумэй. После этого она взяла за руку Линь Синь и села поудобнее рядом с Чжан Дунбаем.Лучник, который недавно ей угрожал, подошёл к командиру и тихо спросил:
– Кто она такая?
Все члены гильдии поблизости навострили уши в ожидании ответа.
Ху Чуаньхуэй вытер холодный пот со лба и коротко ответил:
– Это Хумэй, та самая Хумэй, о которой я вас рассказывал.
Лучник побледнел:
– Ты хочешь сказать, что это та Хумэй, что держит в страхе весь корпус стражей народа яо?
– Именно!
– Но…я же только что угрожал ей…
Ху Чуаньхуэй с жалостью посмотрел на него:
– Теперь пеняй на себя…
Остальные, поняв, кто это, переглянулись. Эта девчонка непредсказуема и способна на любые безрассудства, а за её спиной ещё и могущественные родители. Связываться с ней себе дороже.
Лучник с жалостным лицом посмотрел на командира, казалось, он чуть не плачет:
– Командир, помоги мне, я не хочу умирать!
– Не волнуйся так, насколько я знаю, она никого не убивает. Разве что делает жизнь просто невыносимой…
Лучник неожиданно рухнул без чувств.
Ижоу осмотрела раны И Е, даже похвалив про себя Хумэй – она умеет держать удар. Похоже, то, что о ней говорят – это правда.
Раны И Е выглядели ужасно, но Хумэй целилась в болевые точки, просто причинив ему боль. Центры энергии ци не пострадали (имеется в виду, что она не затронула энергетические узлы его духовной силы, то есть он бы не умер и не лишился своих способностей). Ижоу знала на что способны друиды, если бы Хумэй захотела, от И Е бы и следа не осталось. Проклятия друидов – это не обычный яд. Ижоу умела изгонять яды, но с проклятиями друидов справлялась с трудом. Если бы Хумэй не отозвала свою магию, то И Е мог бы переродиться прямо у неё перед глазами.
Вскоре И Е стало лучше, но в его взгляде, обращённом к Хумэй, застыл ужас.
Вот такая вот глава, опять эти друиды суету наводят, понятно теперь почему их так не любят!
